Китайские финтех-гиганты уделяют особое внимание технологиям

Конфликт с регуляторами заставил их сфокусироваться на своей работе.

15.11.2018 125

Джек Ма, председатель компании Alibaba, предложил изменить название целой индустрии. Он хочет, чтобы мы забыли про термин «финтех» и называли всю отрасль «тех-фин». И здесь дело даже не просто в семантике, а в том, что китайские стартапы боятся постоянно растущей регуляторной нагрузки.

В ландшафте китайского финтех-рынка доминируют две компании: Ant Financial (филиал Alibaba) и Tencent, используемый в WeChat. Ant оценивается в 150 млрд, что совсем немного меньше чем HSBC. Поэтому его считают одним из самых высокооцениваемых финтех-стартапов. Tencent же является частью Tencent Holding с общей капитализацией в размере $400 млрд. И если не остановить их рост, то они будут становиться все крупнее и забирать себе все больше рынка. Теперь китайское правительство должно решить: замедлять ли рост этих двух гигантов или оставить все как есть.

Обе фирмы работают в сфере платежей. Ant был основан в далеком 2004 году для упрощения покупок в Ali-сервисах. Tenpay запустили в 2005 году для мессенджера QQ, который со временем стал называться WeChat. Обе компании взорвали рынок, потому что они использовали мобильные приложения для упрощения офлайн-платежей. Почти все китайские торговцы предоставляют QR-коды для сканирования и оплаты своих услуг. По данным компании iResearch, в прошлом году консалтинговые операции с мобильными транзакциями в Китае достигли почти 120 трлн юаней ($18,7 трлн), что в 100 раз больше, чем в 2013 году, и больше, чем все транзакции, обрабатываемые по всему миру Visa и MasterCard.

Сегодня Alipay владеет примерно 54% рынка мобильных платежей Китая, в то время как Tenpay забрал себе 40% китайского рынка мобильных платежей. Все остальные фирмы могут довольствоваться общими 6%. Стивен Чжу из Pacific Epoch прогнозирует, что в течение ближайших 5 лет Tenpay догонит Ant Financial. Другим игрокам на рынке просто не будет места. Главным преимуществом Tenpay является его прямое сотрудничество с WeChat, где уже присутствует более 1 млрд активных пользователей из Китая. В свою очередь, Alipay насчитывает практически вдвое меньше активных пользователей из Поднебесной. Но на сторону Alipay играет то, что внутри нее тратится намного больше денег, чем у конкурентов. Кроме этого, компания постоянно расширяет свои заграничные возможности. Они уже работают с более чем 250 финансовыми фирмами за рубежом для упрощения жизни китайских туристов.

Но обе компании больше заинтересованы в подключении пользователей к другим финансовым услугам, нежели к использованию одних только платежей. Они хотят, чтобы вы могли получить все в их приложении, начиная с рассрочки и кредита, заканчивая страховкой и инвестированием. Именно поэтому эти системы сближаются с онлайн-банками, специализирующихся на небольших займах. Alipay запустил Yu'e Bao («Оставшееся сокровище») в 2013 году в качестве фонда денежного рынка для предоставления кешбэк-услуг. К июню этого года под его управлением было уже около $210 млрд, что сделало его крупнейшим в мире фондом краткосрочных инвестиций.

Легко понять, почему крупные банки стараются сдерживать рост фитнеха. Джек Ма предупреждал их еще в 2008 году: если банки не изменятся, то мы изменим банки. Тогда они смеялись, но ведь смеется тот, кто смеется последний. И победителем оказался финтех. Он настолько понравился людям, что они начали постепенно забывать про стандартные банки. По оценкам компании Kapronasia, к 2020 году финтех-фирмы будут держать более 40% платежных карт Китая, что создаст ежегодные убытки банков примерно на $60 млрд.

Линда Сан-Мэттисон, Bernstein Research: Это самая выгодная область для банков. Они просто не хотят застрять на коммерческих клиентах, которые приносят им меньший заработок.

Регуляторы более противоречивы. Путем облегчения расходов финтех-дуэт стимулирует потребление: они приносят новые финансовые услуги бедным людям и вынуждают государственных гигантов менять игру. Но популярность является экономическим риском.

Клифф Шэн, консультант Oliver Wyman: Клиенты покидают банки. И если слишком много людей покинет свои банки, то это дестабилизирует всю финансовую систему Китая.

Именно поэтому регуляторы всячески пытаются замедлить рост финтеха. Из-за давления властей Ant пришлось ограничить количество денег, которые пользователи могут инвестировать или вывести за день в Yu'e Bao. Также компаниям пришлось ограничить максимальный объем депозитов в своих онлайн-банках WeBank и MYBank. Кроме этого, Центральный банк Китая в судебном порядке заставил Ant и Tencent отменить свои программы по кредитному рейтингу для физических лиц. Вместо этого им предоставили доли в Baihang — государственной системе кредитного рейтинга.

Потенциально одним из самых больших событий последнего времени является июльский запуск NetsUnion, информационно-координационного центра для онлайн-платежей. И хоть он создан для обеспечения безопасности онлайн-платежей, но он будет стоять между финтех-фирмами и банками, что затрудняет работу с деньгами для Ant и Tencent.

Линда Сан-Мэттисон считает, что популяризация таких систем является исключительно вопросом времени. В будущем они будут практически повсеместно использоваться для ограничения мобильных транзакции, прикрываясь защитой от отмывания денег. Все это подливает масла в огонь, заставляя Ant и Tencent постепенно менять свою политику с разработки финансовых услуг до разработки технологических предложений.

Удивительно, насколько похожими могут быть речи их руководителей. Генри Ма, вице-президент WeBank, говорит, что он является провайдером инфраструктуры для коммерческих банков. А Леймин Чен, генеральный советник Ant, говорит, что он всего лишь предоставляет банкам платформы «для подключения к пользователям».

Основная идея обоих банков заключается в том, что благодаря своим обширным пользовательским базам и базам данных они могут помочь идентифицировать мелких заемщиков и лучше управлять кредитными рисками. Обе финтех-компании получат «плату за технологии», позволяющую им развиваться.

Да, тех-фин не настолько привлекателен, как финтех, и его тотальное владение банковской сферой, но как бизнес-модель это видение бизнеса точно преуспеет.

The Economist